Nadezhda Kutepova now lives in Paris. Photo: Private
Ликвидация экологического ущерба в губе Андреева:

Активист в изгнании называет норвежский подход к решению проблемы ядерных отходов безответственным

июня 20, 2017
Надежда Кутепова была вынуждена уехать из России после борьбы за права жителей подвергшихся радиационному загрязнению деревень в районе комбината «Маяк», куда будет направляться все отработавшее ядерное топливо из губы Андреева.

27 июня первая партия контейнеров с высокорадиоактивными топливными сборками покинет губу Андреева на Кольском полуострове. Пункт назначения – комбинат «Маяк» на Южном Урале.

Вот уже 20 лет Норвегия финансирует работы по модернизации инфраструктуры с целью вывоза отработавшего топлива из губы Андреева. Здесь на берегу моря в 55 километрах от норвежской границы находится старый объект, считающийся самым опасным хранилищем ядерных отходов времен холодной войны в российской Арктике.

Попрощаться с первой партией контейнеров с ядерными отходами (по оценкам, всего их понадобится около 450) приедут министр иностранных дел Норвегии Берге Бренде и статс-секретарь Марит Бергер Рёсланд. 

Однако это знаковое событие не находит отклика у активистов, борющихся за права людей, пострадавших от радиационного заражения в районе «Маяка».

«Думаю, это решение Норвегии безответственно», – сказала Надежда Кутепова Barents Observer’у. По ее мнению, с глаз долой не означает из сердца вон. 

«Я уверена, что правительство Норвегии знает о ситуации на «Маяке» только от чиновников «Росатома».

«Росатом» – это российская государственная корпорация, отвечающая за эксплуатацию комбината «Маяк», где будет происходить переработка всего накопленного отработавшего ядерного топлива атомных подводных лодок. В общей сложности около 22 тысяч топливных сборок должны будут сначала морем доставлены из губы Андреева в Мурманск, а оттуда по железной дороге на комбинат «Маяк» к северу от Челябинска. И судно, которое будет курсировать между губой Андреева и Мурманском, и железнодорожные вагоны сделаны по специальному проекту для обеспечения максимального уровня безопасности. В контейнер помещается 49 топливных сборок. Чтобы вывезти все топливо их хранилищ, понадобится в общей сложности 450 контейнеров. Другими словами, контейнеры будут вращаться между Кольским полуостровом и Челябинской областью еще многие годы.  

ADVERTISEMENT

«Переработка топлива на «Маяке» представляет опасность. Отправлять туда новые отходы – очень плохая идея. В реальности у Норвегии нет никаких возможностей проверить, что там происходит», – говорит Надежда Кутепова. 

«Поддерживая работу «Маяка», в частности переработку топлива, Норвегия увеличивает нарушения прав людей, живущих в окрестностях хранилищ ядерных отходов. Особенно тех, кто живет вдоль реки Теча», – объясняет Кутепова.

Река Теча подверглась сильному радиационному загрязнению в результате производства ядерного оружия из плутония, начавшегося на “Маяке” в 1949-м. Различные аварии, такие как Кыштымская катастрофа 1957-го года, привели к заражению других территорий в регионе, на которых проживали десятки тысяч человек. 

Радиоактивные воды с “Маяка” попадают в систему резервуаров. «Маяк не может предотвратить утечку из резервуаров в Течу, особенно весной. Они лгут», – утверждает Кутепова, добавляя, что в четырех деревнях, расположенных ниже по течению зараженной Течи, по-прежнему проживает около 5 тысяч человек.

Один из резервуаров в райне “Маяка”, где хранятся миллионы кубометров жидких радиоактивных отходов. На счетчике Гейгера 785 микрорентген в час. Фото: Томас Нильсе

Надежде Кутеповой пришлось заплатить цену за борьбу за права людей, живущих в деревнях вдоль Течи. Сначала в 2015 году Минюст объявил созданную ею в 90-х организацию “Планета Надежд” иностранным агентом. Закон, навешивающий на НКО ярлык  иностранных агентов, нацелен на прекращение деятельности организаций, занимающихся политическими вопросами и получающих финансирование из-за рубежа. Вскоре после этого федеральный канал “Россия-1” показал новостной сюжет о том, что “Планета Надежд” занималась промышленным шпионажем за американские деньги.

Организация Надежды стала одной из 11 экологических НКО, попавших в перечень иностранных агентов с момента принятия закона в 2012 году. Среди них организации, занимавшиеся вопросами ядерной безопасности на Севере России, – “Экозащита”, “Кольский экоцентр” и “Беллона-Мурманск”. Последняя сыграла ключевую роль в озвучивании проблемы ядерной безопасности в губе Андреева и поиске ее решения. Как и многие другие НКО “Беллона-Мурманск” приняла решение закрыться после получения клейма иностранного агента.

После того как СМИ обвинили ее в госизмене, Кутепова уехала во Францию в поисках убежища. Она боится, что обвинения на федеральном ТВ были лишь началом того, что могло стать официальным преследованием.

В разговоре с Barents Observer из Парижа Надежда Кутепова рассказывает о том, как люди, проживающие на загрязненных “Маяком” территориях, умирают от рака. Кому как не ей знать: она выросла в закрытом Озерске, ранее известном как Челябинск-65. Ее отец и дедушка с бабушкой стали жертвами ядерной отрасли, в которой они работали. Они умерли от рака. 

По ее мнению, норвежские власти должны поговорить с НКО, работавшими в регионе. Они могут рассказать другую историю в отличие от чиновников Росатома.

«Им нужно съездить в деревни вдоль Течи, откуда уже давно нужно было эвакуировать людей, а они все еще там живут».

«Было бы лучше не тратить деньги впустую. С самого начала им нужно было оказывать поддержку другому  хранилищу, и я знаю, что это непростое решение. Но им необходимо было лучше изучить вопрос”, – считает Кутепова.

Норвежские официальные лица в курсе проблем на “Маяке”. Ингар Амундсен руководит отделом международной ядерной безопасности Норвежского агентства по радиационной защите.

Выгрузка контейнера для отработавшего ядерного топлива в губе Андреева. Фото: “РосРАО”

«Нам хорошо известна история комбината “Маяк”. Значительные выбросы в окружающую среду происходили в 40-х и 50-х. Однако нынешнюю работу нельзя сравнивать с практикой первых лет, а масштаб выбросов сегодня абсолютно другой», - говорит Амундсен. 

Он рассказывает о том, как органы власти Норвегии сотрудничают с Россией последние два десятилетия для подготовки к безопасному вывозу отработавшего ядерного топлива из губы Андреева. 

«Отработавшее ядерное топливо сейчас перемещается в новые безопасные контейнеры, пригодные для хранения и транспортировки. В соответствии с российской стратегией обращения с отработавшим ядерным топливом, они перевозятся на “Маяк”, объект предназначенный для получения таких материалов в России», – говорит Амундсен.

Завод по переработке топлива на “Маяке” под названием РТ-1 начал работу в 1977-м и до сих пор пока перерабатывал отработавшее ядерное топливо водо-водяных реакторов атомных электростанций российской разработки первого и второго поколений. Однако благодаря недавней модернизации теперь здесь возможно перерабатывать топливо реакторов подлодок и ледоколов.

«Мы несколько раз бывали на комбинате “Маяк”. Это часть нашего сотрудничества в росийской стороной по оценке основных экологических сложностей, связанных с выбросами и авариями на раннем этапе работы комбината. Мы изучали условия хранения ядерных отходов», – говорит Амундсен.

Он подчеркивает, что Норвегия продолжает диалог с Россией. 

«Важно продолжать совместные проекты сотрудничества в сфере ядерной безопасности в губе Андреева по вопросам готовности и мониторинга окружающей среды, поскольку сейчас мы вступаем в этап  переноса топлива в новые контейнеры и их отправки с территории. Ожидается, что эта работа займет от пяти до шести лет».

На заводе по переработке на “Маяке” топливо пройдет химическую сепарацию, в процессе которой будут извлекаться плутоний и уран. Однако в результате переработка не происходит сокращения объема высокоактивных отходов. Она приводит к увеличению объемов отходов в жидкой форме. Также остающие изотопы обладают высоким уровнем радиации, и это не устраняет необходимости использования наилучших возможных решений с точки зрения технологии обращения и безопасности хранения. На “Маяке” общественности доступна лишь ограниченная часть информации о технических решениях как для переработки, так и для хранения отходов. 

Кандидат наук Наталья Миронова, бывший депутат Челябинской областной Думы ранее говорила Barents Observer о том, что есть варианты лучше переработки.

«Альтернатива переработке хорошо известна – это сухое хранение»

«Наследие переработки отработавшего ядерного топлива на “Маяке” лежит тяжким грузом на многих поколениях. Это большая несправедливость по отношению к  местным жителям”, – говорит Миронова.

«Переработка опасна. У нас уже есть печальный опыт обращения с жидкими радоактивными отходами», – заявляет она.

Миронова также указывает на риски, связанные с транспортировкой и перегрузкой контейнеров с топливом.

«Транспортировка – рискованный процесс. Наилучшая стратегия – это сведение риска к минимуму. Наилучшей стратегией было бы безопасное хранение вдали от “Маяка” с меньшим объемом транспортировки». 

Большинство других стран, где существует ядерная энергетика, выбирают хранение, а не переработку отходов.

28 июня Смешанная российско-норвежская комиссия по вопросам ядерной и радиационной безопасности соберется в норвежском Киркенесе, расположенном на границе с Кольским полуостровом. Ингар Амундсен сообщил, что на встрече будет обсуждаться будущее совместных проектов в губе Андреева.

За последние два десятилетия Норвегия выделила по линии Министерства иностранных дел порядка 2 млрд крон на проекты в сфере ядерной безопасности на севере России. 

Норвегия сама заинтересована в продолжении сотрудничества с Россией в сфере ядерной безопасности.

Глава пресс-службы МИДа Фруде Оверланд Андерсен в электронном письме Barents Observer написал, что Норвегия сама заинтересована в продолжении сотрудничества в сфере ядерной безопасности с Россией. «Для нашей собственной безопасности», – говорит он в ответ на вопрос о том, почему Норвегия должна продолжать финансировать работы по ликвидации российских военных ядерных отходов.

«В 2018 году план действий правительства в сфере ядерной безопасности на 2013-2017 годы будет пересмотрен, и поэтому сейчас слишком рано говорить об уровне дальнейших усилий», - пишет Оверланд Андерсен. 

Хранилище в губе Андреева было построено в начале 1960-х вскоре после появления у советского ВМФ первой атомной подводной лодки. В начале 80-х в хранилище бассейного типа под кодовым названием здание №5 поизошла утечка и смертельно опасные топливные элементы были в срочном порядке перемещены в три блока сухого хранения. Предполагавшиеся в качестве временного решения, к настоящему времени полностью обветшавшие емкости прослужили уже более 30 лет. 22 тысячи отработавших топливных сборок, хранящихся в емкостях, равны примерно 100 активным зонам ядерных реакторов. 

Помимо этого есть еще тысячи кубометров твердых и жидких отходов, которые тоже когда-нибудь вывезены. 

Выступая на семинаре в Осло, посвященном объявленному Путиным году экологии, Фредерик Хауге из “Беллоны” сказал, что вывоз отработавшего ядерного топлива из губы Андреева является самой опасной частью в истории ликвидации ядерного наследия холодной войны на Севере. «Но эту работу необходимо делать, и хороший способ обеспечить ее максимально безопасное выполнение – это продолжать международное сотрудничество на объекте и давать организациям вроде “Беллоны” выступать в качестве независимого наблюдателя за тем, что происходит», - сказал Хауге. 

В трех старых обшарпанных бетонных емкостях рядом с берегом губы Западная Лица хранится около 22 тысяч отработавших топливных сборок. Фото: Александр Емельяненко​

You can help us…

…. we hope you enjoyed reading this article. Unlike many others, the Barents Observer has no paywall. We want to keep our journalism open to everyone, including to our Russian readers. The Independent Barents Observer is a journalist-owned newspaper. It takes a lot of hard work and money to produce. But, we strongly believe our bilingual reporting makes a difference in the north. We therefore got a small favor to ask; make a contribution to our work.