Между сдерживанием и успокоением: Норвегия пытается найти свой путь в отношении России

декабря 08, 2020
ВАРАНГЕР-ФЬОРД — хотя максимальная скорость и засекречена, «Гнист» — это, без всяких сомнений, самый быстрый и маневренный военный корабль, когда-либо патрулировавший эти северные приграничные районы. Но на фоне осложнения ситуации Норвегии становится все труднее прокладывать свой собственный внешний курс.

«Таких, кто как мы способен справляться с обледенением, темнотой, суровой погодой и сильным ветром, немного», — говорит капитан Руне Сёнстебё.

Его команда готовится к отплытию на катамаране камуфляжного цвета. «Гнист» — новейший из шести скоростных сторожевых ракетных катеров типа «Скьёльд» («Щит») норвежского флота. Хоть он и небольшого размера, на его борту серьезное вооружение.

Капитан Сёнстебё рассказывает о способности корабля вести скрытные действия в прибрежной зоне. «Береговая топография на севере Норвегии отличается от большинства других стран. Например, никто кроме нас не сможет вести боевые действия на архипелагах в районе Хельгеланна».

Сегодня корабли типа «Скьёльд» у восточного побережья Финнмарка не редкость. Самые мощные российские средства ядерного сдерживания находятся всего в нескольких десятках морских миль от Варангер-фьорда. Обеспечение возможности запуска баллистических ракет с подводных лодок в случае глобальной угрозы безопасности — вот ключ к пониманию того, почему российский Северный флот в последние годы все чаще проводит учения у берегов северной Норвегии.

Благодаря передовым вооружениям, в частности новым высокоточным крылатым ракетам большой дальности, современным многоцелевым подводным лодкам и самолетам, Россия планирует ограничивать противнику доступ в морские районы Северной Атлантики. В случае конфликта это может происходить даже в районе Северного моря. В эту буферную зону попадает большая часть Норвегии.

 
Фото: Томас Нильсен

 

«Своим присутствием на побережье Норвегии мы посылаем сигнал», — говорит Сёнстебё. Он добавляет: «Финмарк, как и остальная часть норвежского побережья, имеет огромное значение. Проведение учений с учетом закономерностей и демонстрация присутствия здесь являются частью нормальной ситуации и важной областью, которую необходимо знать и осваивать».

ADVERTISEMENT

В разговоре с Barents Observer о повышенном внимании НАТО к северу министр обороны Франк Бакке-Йенсен заявляет: «Норвегия — это НАТО на севере».

Министр часто посещает далекие арктические регионы страны. «Мы поддерживаем ситуационную осведомленность при помощи постоянного эффективного присутствия».

Сам Бакке-Йенсен родом из Ботсфьорда, небольшого рыбацкого поселка на берегу Баренцева моря, где люди и политики из поколения в поколения поддерживают контакты с российскими соседями на востоке. Даже в годы последней холодной войны. Продолжение приграничного сотрудничества на благо обеих стран — это один из главных вопросов повестки дня не только для местных жителей, но и для Осло и Москвы. Правила рыболовства, охрана окружающей среды, поисково-спасательные операции — вот те некоторые направления, которым уделяется приоритетное внимание даже во времена геополитической турбулентности.

У Норвегии небольшой военно-морской флот, но у немногих стран есть экипажи, лучше подготовленные для плавания в Арктике. На выходе из фьорда два офицера в креслах на высокотехнологичном мостике «Гниста» прибавляют мощности двигателям, и мы движемся все быстрее и быстрее.

Между двумя корпусами катамарана находится воздушная подушка, которая буквально поднимает корабль над поверхностью воды. Члены экипажа уходят от ответа на вопрос о максимальной скорости. С улыбкой. В Интернете намекают, что она превышает 60 узлов.

Сёнстебё переводит скорость в географическую плоскость: «Мы можем позавтракать в Бергене и поужинать в Тромсё».

Мы можем позавтракать в Бергене и поужинать в Тромсё.

Экипаж корабля состоит из 21 человека. На задней палубе размещены две пусковые установки для норвежских ударных ракет NSM, дальность действия которых, согласно Википедии, составляет 185 километров. На передней палубе находится пушка, стреляющая снарядами на расстояние до 16 километров.

 

Капитан Руне Сёнстебё. На задней палубе две пусковые установки. Фото: Томас Нильсен

 

Обладая уникальной маневренностью, «Гнист» способен навязывать силам противника ближний бой в любой точке побережья. Стелс-технологии делают судно менее заметным на радарах противника. Малая осадка позволяет продвигаться по самому мелководье, куда не могут зайти другие корабли.

В ясную погоду из Варангер-фьорда отчетливо виден российский полуостров Рыбачий. Он образует естественный барьер с запада, защищая базы подводных лодок Северного флота в Западной Лице, Видяево, Гаджиево, Оленье Губе и Полярном.

Усиление НАТО  

Российский президент Владимир Путин и его военные, в частности начальник Генерального штаба вооруженных сил Валерий Герасимов и министр обороны Сергей Шойгу, все чаще подчеркивают важность стратегических ядерных сил. «Подчеркну, несмотря на меняющийся характер военных угроз, именно ядерная триада остаётся важнейшей, ключевой гарантией военной безопасности России», — заявил Путин на ноябрьском совещании с высокопоставленными представителями министерства обороны.

Используя хорошо известную риторику, направленную на внутреннюю аудиторию, Путин продолжил: «В Европе расширяется военное присутствие НАТО вблизи российских границ. На наше предложение снизить военную активность в период эпидемии альянс вообще не отреагировал. Больше того, интенсивность полётов авиации и действий флотов натовских стран только выросла».

Если смотреть с севера, то Путин отчасти прав, говоря о НАТО. В 2020 году надводные корабли ВМС США появились в Баренцевом море впервые с середины 1980-х годов. Причем несколько раз. Сначала с кораблями британского флота. В другой раз к ним также присоединился норвежский фрегат

До аннексии Москвой Крыма в 2014 году норвежские фрегаты несколько раз посещали Североморск, главную базу Северного флота. Но сентябрьские маневры с участием корабля «Тур Хейердал» норвежских ВМС стали первым случаем появления норвежских военных кораблей к востоку от Варангер-фьорда на задании, которое проводится за рамками сотрудничества с российским ВМФ.

Мост через бурные воды 

Страна, ранее стремившаяся открыто не провоцировать русского медведя, меняет тактику. Или признает резкое изменение картины безопасности. Мнения расходятся.

«Это определенно плохая идея, если норвежские власти не хотят поддерживать тесные отношения только с одной из держав, Соединенными Штатами», — отвечает профессор Норвежского колледжа обороны подполковник Тормод Хейер на вопрос о походах норвежских кораблей с силами НАТО восточнее Варангера. Он утверждает, что Норвегия не может поддерживать отношения только с Соединенными Штатами, она вынуждена выстраивать хорошие отношений и с Россией.

Норвегия не может поддерживать отношения только с Соединенными Штатами, она вынуждена выстраивать хорошие отношений и с Россией. 

«Это связано с уникальным геополитическим расположением Норвегии всего в 40–120 километрах от части наиболее важных ядерных сил России. Поэтому норвежским властям приходится балансировать между почти несовместимыми ожиданиями великих держав: одновременно быть хорошим союзником на западе и добрым соседом на востоке», — говорит профессор Хейер.

Профессор Норвежского колледжа обороны подполковник Тормод Хейер в местечке Гренсе Якобсельв у российской границы. Фото: Томас Нильсен

Москва хорошо понимает, что норвежская политика безопасности направлена на поиск баланса между сдерживанием и убеждением. 

Говоря о дружбе и геополитике на обеде от имени короля Норвегии Харальда V в октябре 2019 года, министр иностранных дел России Сергей Лавров высоко оценил роль Норвегии в качестве посредника в примирении враждующих сторон во всем мире. «Не вижу причин, которые могли бы воспрепятствовать Норвегии выступить инициатором нормализации отношений между Россией и НАТО», — сказал Лавров. 

Обед в Киркенесе был приурочен к празднованию 75-летия освобождения северо-восточной части Норвегии от немецко-фашистской оккупации советскими войсками в 1944 году. 

Теперь же российский МИД не настолько щедр на добрые слова, как Лавров год назад. На одном из своих еженедельных брифингов в конце ноября официальный представитель Мария Захарова резко раскритиковала Осло, заявив, что Норвегия больше не может использовать свой «двухтрековый подход», когда она с одной стороны стремится к сотрудничеству с Россией в определенных областях, а с другой — придерживается «деструктивного курса» на сдерживание России. Слова Захаровой были ответом на вопрос о присутствии подводных лодок США на севере Норвегии. По ее словам, страна становится «плацдармом для вхождения НАТО в Арктику».

Пропаганда или реальные опасения 

По словам Хейера, трудно понять, что является пропагандой, а что реально беспокоит Россию с точки зрения безопасности. «При этом важно отметить, что в любой пропаганде есть небольшое зерно истины». Он рекомендует норвежским властям не игнорировать опасения России.

«Интересы безопасности Норвегии зиждутся на безопасности России — в этом уникальность нашей судьбы», — считает Хейер, приводя в пример Крайний Север, где интересы безопасности Норвегии и России «тесно переплетаются».

«Дилемма вот в чем, — говорит Хейер. — Как Норвегия может получить максимальные гарантии безопасности со стороны США, не вызывая ответной реакции России? Думаю, что более разумной политикой было бы для обеспечения деятельности военно-морских сил США задействовать базы, расположенные в более южных районах Норвегии. В противном случае норвежская территория, инфраструктура и города, такие как Тромсё, могут легко оказываться выше в российском перечне целей каждый раз при повышении напряженности из-за обострения незначительной ситуации».

 
Схема российского оборонительного бастиона и роль в ней Норвегии и Медвежьего и Фареро-Исландского рубежей. Источник: Карта: Миккола (2019), доклад RAND Europe

Американские подводные лодки на протяжении десятилетий патрулируют акваторию Норвежского и Баренцева морей в рамках давно сложившейся практики игры в подводные кошки-мышки. НАТО крайне важно отслеживать бесшумные многоцелевые российские подлодки, выходящие в Северную Атлантику с новыми высокоточными крылатыми ракетами большой дальности. Чтобы оставаться на севере как можно больше времени, американские подлодки часто проводят смену экипажа и получают снабжение во фьордах в районе Тромсё. Поход на юг с той же целью на военно-морские базы Хоконсверн в Бергене или Фаслейн в Шотландии отнимал бы несколько дней от основной обязанности подлодки — следить за русскими на самом севере.

Ранее Barents Observer уже писал о росте присутствия американских подлодок у берегов Норвегии, которые в 2018 году, как сообщалось, заходили в прибрежные воды по 3-4 раза в месяц. Кроме того, для слежения за российскими подлодками морские самолеты-разведчики ВМС США P8A «Посейдон» часто, в том числе в октябре и ноябре этого года, размещаются на норвежском военном аэродроме Аннёйа за Полярным кругом. 

Расстояние по суше от Тромсё до российской границы составляет более 450 километров, но для сил Северного флота, базирующихся на Кольском полуострове, Норвежское море все чаще становится частью игровой площадки для отработки концепции защитного бастиона. В случае конфликта мощные американские силы были бы способны серьезно помешать России проводить операции воспрещения в этом районе.

Юли Вильхельмсен из Норвежского института международных отношений NUPI занимается изучением внешней и оборонной политики России. По ее словам, в последние годы активность российских заявлений о норвежской оборонной политике резко возросла. «В особенности после учений Trident Juncture в 2018 году». В учениях участвовал авианосец ВМС США «Гарри Трумэн», ставший первым с 1980-х годов американским атомным авианосцем, зашедшим в заполярные акватории в районе Лофотенского архипелага.

«Критика со стороны России появляется после каждой новой корректировки норвежской оборонной политики, направленной на усиление присутствия союзников на севере», — говорит Вильхельмсен. Она считает заявления Захаровой об американских подлодках в Тромсё частью этого сценария.

Критика со стороны России появляется после каждой новой корректировки норвежской оборонной политики.

«В то время как Норвегия утверждает, что это небольшие изменения и что норвежская политика баланса между сдерживанием и успокоением не меняется, Россия настаивает на том, что изменения представляют собой угрозу и противоречат прежней политике», — поясняет Вильхельмсен.

«Российская риторика в отношении Норвегии является частью более широкой картины, наблюдающейся в последние годы в общем внешнеполитическом дискурсе, когда настойчиво делается упор на росте числа американских военных объектов и присутствия у границ России где бы то ни было — в Грузии на юге или на Дальнем Востоке», — говорит она.

 

Крупнокалиберный пулемет на палубе катера «Гнист». Фото: Томас Нильсен

Учения  

В зимние месяцы 2022 года на севере Норвегии планируются новые крупномасштабные учения. 

По словам бригадного генерала Эйстейна Кварвинга, официального представителя начальника Штаба обороны, Cold Response 22 — это норвежские учения, на которые приглашены союзники и партнеры. «Это оборонительные учения, и их цель — отработать усиление союзника/партнера в сложных климатических условиях. Во время Cold Response 22 больше внимания будет уделено морскому и воздушному пространствам, чем во время Trident Juncture 18, которые проходили больше на суше», — говорит Кварвинг.

Он ожидает, что в учении примут участие около 40 тысяч человек из примерно 10 стран. «Норвегия уже уведомила все государства-члены Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе об учениях Cold Response 22. Норвегия, в соответствии с Венским документом и принципом открытости и прозрачности, предложит всем 56 подписавшим его государствам прислать своих наблюдателей», — сказал Кварвинг.

Россия является одним из государств- участников ОБСЕ. 

Ядерные бомбардировщики 

В последние два года в небе Скандинавии и у территориальных границ Норвегии стали часто появляться американские дальние бомбардировщики, способные нести ядерное оружие. В этих вылазках их часто сопровождают норвежские или шведские истребители. Российские дальние ядерные бомбардировщики Ту-160 и Ту-95 возобновили патрулирование у границ норвежского и европейского воздушного пространства в 2007 году.

По словам министра обороны Бакке-Йенсена, расширение деятельности НАТО на севере не является следствием сокращения вооруженных сил Норвегии после многих лет разоружения.

«Мы попросили НАТО уделять больше внимания северу после периода, во время которого внимание НАТО было сосредоточено на Афганистане и других незападных регионах. НАТО вернулось в свои воды», — говорит Бакке-Йенсен. Министр рассказывает о новой структуре командования в Норфолке. «Шестой флот США приходит в более северные районы, и мы больше тренируемся с нашими союзниками, будь то американцы, британцы, голландцы или немцы».

Политическое решение 

Бакке-Йенсен поясняет, что решение направить фрегат в районы российских военно-морских баз на Кольском полуострове вместе с британскими и американскими кораблями в сентябре этого года было политическим.

«Решение, участвовать или нет и о балансе в отношениях с союзниками и нашим восточным соседом — это политический вопрос. Решение об участии было политическим», — говорит министр обороны.

 
Министр обороны Франк Бакке-Йенсен. Фото: Томас Нильсен

Он подчеркивает, что Норвегии и союзникам по НАТО важно поддерживать открытость о своих действиях в военной сфере и это должно способствовать улучшению отношений с Россией.

Отсутствие прозрачности в отношении российской военной активности на севере — от уведомления об учениях до числа их участников — является серьезной причиной для беспокойства на Западе. Как например в августе 2019 года, когда для норвежцев большим сюрпризом оказалось появление большой группы кораблей у берегов северной Норвегии, куда они перешли с учений «Океанский щит» в Балтийском море. Как выяснилось, целью учений было блокировать доступ НАТО не только к Балтийскому морю, но и к Северному и Норвежскому морям. Сейчас такие учения носят более сложный характер, чем раньше, и предполагают участие в комплексных совместных операциях сухопутных войск, в частности новой Арктической бригады, а также сил авиации и флота. Меньшая предсказуемость военных маневров и использование стратегий гибридной войны вызывают головную боль как в Норвегии, так и в НАТО.  

Довольно сложно выстраивать военную стратегию на неопределенности, сложности и стремительных изменениях.

Профессор Хейер рекомендует проводить двойственную политику продолжения сдерживания в рамках НАТО и успокоения по линии двусторонних отношений с Россией.

«В рамках сдерживания необходимо подчеркивать присутствие союзников в Норвегии, но в более южных районах — это будет сигналом, что Норвегия хочет дать российскому Северному флоту больше времени на стратегическое предупреждение. Компонент успокоения должен подчеркивать более активные усилия по стимулированию диалога и сотрудничества на рабочем уровне. Это особенно верно в отношении менее  «милитаризованных» направлений политики, таких как окружающая среда, торговля, рыболовство и научное изучение Арктики», — говорит Хейер.     

Гражданское сотрудничество 

В новом стратегическом документе по Арктике, представленном норвежским правительством на последней неделе ноября, говорится о значительном изменении картины безопасности в регионе. Отношения Норвегии с могущественным восточным соседом полностью изменились, так как «наращивание сил и военная модернизация со стороны России могут напрямую бросить вызов безопасности Норвегии и союзных стран».

Параллельно с этим в стратегии подчеркивается гражданское сотрудничество, приносящее пользу обеим странам. Норвегия и Россия продолжают сотрудничать по таким вопросам, как рыболовство, ядерная безопасность и окружающая среда, а также в многосторонних форматах, таких как Арктический совет и Баренцево сотрудничество.

Юли Вильхельмсен из NUPI подчеркивает важность продолжения взаимодействия и контактов с Россией по этим практическим вопросам, а также в рамках многосторонних форматов на уровне Арктики и Баренцева региона. По ее словам, добиться успокоения можно и косвенно, не прибегаю к жестким мерам в области безопасности.

Старший научный сотрудник Норвежского института международных отношений, эксперт по российской внешней политике и политике безопасности Юли Вильхельмсен. Фото: Томас Нильсен

«Насколько я могу судить, в последние годы правительство, в частности Министерство иностранных дел, внимательно следит за этим аспектом отношений с Россией. Однако сегодня соперничество великих держав и усиление турбулентности в сфере безопасности «над» Норвегией как небольшим государством между Россией и США, похоже, ограничивают эффект двустороннего сотрудничества как средства укрепления доверия и успокоения», — считает Вильхельмсен.

Она рекомендует повысить регулярность  дипломатических контактов в качестве средства откровенного обмена взглядами, а также, возможно, возобновить контакты между военными, которые были прерваны после аннексии Москвой Крыма в 2014 году.

Наращивание военного потенциала  

Между тем на Кольском полуострове и в Арктике продолжается значительное наращивание российской военной мощи. Темпы строительства атомных подводных лодок еще никогда не были так высоки со времен холодной войны. Новые стратегические подлодки проекта «Борей» и многоцелевые подлодки проекта «Ясень» несут вооружение, которое практически невозможно перехватить с помощью систем противоракетной обороны. Идет создание новых подводных лодок специального назначения, и продолжаются испытания атомного подводного беспилотника «Посейдон». Серьезные опасения вызывает крылатая ракета «Буревестник» с ядерной энергетической установкой, авария во время подъема которой со дня Белого моря в прошлом году показала потенциал распространения радиации на населенные районы.  

На базах Северного флота развивается инфраструктура, а в губе Окольной и в Гаджиево строится более 50 крупных бетонных бункеров для вооружений.

Проходят испытания гиперзвуковых крылатых ракет, способных в считанные минуты поразить цели на большей части территории Скандинавии, как с борта базирующихся под Мурманском надводных кораблей, так и самолетов.

Сокращается время предупреждения о потенциальном конфликте ограниченного или большого масштаба.

Договоры о вооружениях 

В отличие от самого конца холодной войны все это происходит на фоне  развала соглашений по контролю над вооружениями.

  • В 2002 году США вышли из Договора об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) 1972 года.
  • В 2015 году Россия вышла из Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) 1992 года.
  • В феврале 2019 года США приостановили участие в Договоре о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) 1988 года. В ответ днем позже это сделала и Россия.
  • 22 ноября 2020 года США вышли из Договора по открытому небу 2002 года. Участниками договора остаются 33 других государства, в том числе Норвегия и Россия.

Последний договор, который находится в опасности, является самым важным из всех — это Договор СНВ-3 по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений 2010 года, ограничивающий число развернутых ракет и бомбардировщиков до 700, а число развернутых ядерных боезарядов до 1550 как со стороны России, так и США. Если президенты обеих стран не договорятся, то 5 февраля 2021 года его действие закончится.

Если Россия и США не договорятся, то не останется соглашений, ограничивающих количество ядерного оружия, развернутого на Кольском полуострове или в других местах. Также перестанет действовать и нынешний режим обоюдных проверок, прозрачности и укрепления доверия.

На встрече с высшим военным руководством в ноябре этого года президент Путин ясно дал понять: «Учитывая современные военно-политические риски, мы будем и дальше заниматься модернизацией стратегических ядерных сил, планомерно укреплять все их составляющие».

 

Экипаж на палубе ракетного катера «Гнист» в порту Киркенеса, примерно в восьми километрах от российской границы. Фото: Томас Нильсен

 

 


You can help us report more about the security situation up north…

…. we hope you enjoyed reading this article. Unlike many others, the Barents Observer has no paywall. We want to keep our journalism open to everyone, including our Russian readers. The Barents Observer is a journalist-owned independent newspaper. It takes a lot of hard work and money to produce. But, we strongly believe our bilingual reporting makes a difference in the north. We, therefore, got a small favor to ask; make a contribution to our work.

Fra Norge kan du gi et lite støttebeløp via Vipps: 105792