Руководитель Центра экологического консалтинга и мониторинга «Помор» Тимофей Суровцев. Фото: Томас Нильсен

Для сбалансированного освещения Баренцева региона в СМИ необходимы мощные пропагандистские ресурсы, заявляет медиа-группа из Москвы

Глава Центра экологического консалтинга и мониторинга «Помор» Тимофей Суровцев хочет противостоять негативному освещению российских экологических проблем в норвежских СМИ.
ноября 08, 2018

«России необходимо создавать популярные и вызывающие доверие медиаресурсы за рубежом, прежде всего, в Баренцевом регионе, где уже успешно работают иностранные СМИ на русском языке», — говорит Тимофей Суровцев.

Вместе с группой московских журналистов Суровцев недавно выступил инициатором создания ассоциации «Эко-пресс», объединяющей журналистов пишущих на экологическую тему. Среди партнеров — газеты «Комсомольская правда», «Московский комсомолец» и информационное агентство Regnum.

Созданная в Москве ассоциация уделяет особое внимание Баренцеву региону и недавно организовала семинары по обе стороны российско-норвежской границы — в Мурманске и Киркенесе.

Слово «пропагандисткий» вызвало в Мурманске дискуссию среди региональных журналистов по поводу намерения московской организации обучать региональные СМИ экологической журналистике. В предисловии к программе семинара говорилось о необходимости «пропагандистких ресурсов» для выхода на зарубежную аудиторию.

«Нам сегодня крайне необходимы мощные пропагандистские ресурсы, которые будут агрегировать информацию и усилия региональных СМИ, наших экологов и транслировать эту информацию на международном уровне», — говорилось в раздаточном материале семинара.

В разговоре с Barents Observer Тимофей Суровцев так пояснил подобную формулировку: «Пропаганда может быть неполитической. Пропаганда российского образа жизни, российских качеств, русской культуры — вот, что я имею в виду под пропагандой. Все конструктивное, все прогрессивное о России мы должны транслировать на другие страны».

Суровцев особенно обеспокоен отсутствием объективной экологической журналистики.

ADVERTISEMENT

«Я думаю, это необъективно. Мы должны слушать мнение друг друга», — подчеркнул он, говоря о работе норвежских СМИ.

«Норвегия занимает второе или третье место в списке стран с наилучшими условиями окружающей среды. Но у нее есть такие же проблемы, как и у России. У вас есть токсичные отходы во фьордах и аквакультуре. В России у нас также есть токсичные отходы, но не во фьордах».

По словам Суровцева, мы должны быть более открытыми друг к другу, когда говорим о проблемах.

«Мы говорим о Норвегии, как будто у нее нет никаких проблем, и я знаю, что это неправда. Когда я читаю ваши [норвежские] газеты, я не могу найти информацию о проблемах Норвегии. Но о наших [российских] проблемах вы пишете регулярно».

Залив Лангфьорд в километре от центра Киркенеса недалеко от норвежско-российской границы заполнен отходами  переработки железорудного сырья. Фото: Томас Нильсен

 

Захоронение Норвегией отходов добычи полезных ископаемых было одним вопросом, поднятым российским министром природных ресурсов и экологии Дмитрием Кобылкиным на встрече с норвежским коллегой Улой Эльвестуеном в Осло в конце октября.

На портале министерства говорится, что «стороны также обменялись мнениями о наиболее «проблемных» в экологическом плане горнодобывающих и обогатительных предприятиях, прибегающих к морскому депонированию отходов. В настоящее время отвалы породы ведутся в пяти точках на побережье Норвегии».

«Глава Минприроды России предложил норвежской стороне рассматривать вопросы загрязнения приграничных районов, включая морскую среду, на комплексной основе, не ограничиваясь исключительно контролем за деятельностью российских предприятий, как это было раньше.»

Опасения российского министра не упоминаются на портале Министерства климата и окружающей среды Норвегии.

Трансграничное сотрудничество журналистов 

Экологические проблемы в течение многих десятилетий не сходят с первых полос СМИ Баренцева региона.

По словам Тима Андерссона, председателя шведского отделения региональной ассоциации журналистов «Баренц Пресс», объективность всегда является основой журналистики. В качестве примера Андерссон рассказал о серии ознакомительных поездок, в которых принимали участие как шведские, так и российские журналисты из большого числа СМИ.

«В 2016 году мы проехали по северу Швеции с десятком журналистов из российской части Баренцева региона, посетив и те места, где горнодобывающая промышленность стала причиной огромных экологических проблем, и другие, где отрасль берет на себя ответственность», — говорит Андерссон.

«Мы получили отличные отзывы от журналистов, которые были рады увидеть, что в Швеции тоже есть экологические проблемы». И, подчеркивает Андерссон, «увидеть, что ведется экологическая реабилитация мест, подвергнувшихся загрязнению, которая обходится в миллиарды крон».

Андерссон опровергает утверждения о предвзятости журналистов.

«Мы не пишем, что в Швеции, Финляндии и Норвегии нет экологических проблем, а Россия — это экологическая помойка. Но факт заключается в том, что в Советском Союзе игнорировали загрязнение, и из-за этого многие нынешние экологические горячие точки Баренцева региона находятся на севере России», — говорит Андерссон.

Председатель шведского отделения «Баренц Пресс» Тим Андерссон. Фото: Томас Нильсен

Сложности с визой для журналистов?

Тимофей Суровцев утверждает, что Норвегия затрудняет посещение страны российскими журналистами.

«За последний год Норвегия существенно ужесточила визовый процесс в

отношении россиян», — говорит он.

«Для нас оформление визы может длиться свыше месяца, причем в выдаче визы может быть отказано под любым сомнительным предлогом. Особенно неохотно власти Норвегии пускают на свою территорию российских журналистов и общественных деятелей», — говорит Суровцев.

На просьбу Barents Observer рассказать об этом подробнее, Суровцев высказал предположение, что это «следствие шпиономании», которая в последнее время захлестнула «эту самую демократическую» страну. Он утверждает, что знает о нескольких случаях отказа журналистам в визе, но не называет никаких конкретных имен.

«Это началось, когда в Москву приехал новый посол Норвегии», — говорит он.

Анне Ставик, глава визового отдела в посольстве Норвегии в Москве, опровергает подобные утверждения и заявляет об отсутствии каких-либо изменений, направленных на усложнение получения визы журналистами или других заявителями из России.

Ставик сказала Barents Observer, что «журналисты, направляющиеся в пресс-туры в Норвегию, представляют группу заявителей, для которых делаются особые исключения».

«Посольство рассматривает такие заявления в качестве приоритетных, часто в тот же день, но в любом случае их рассмотрение занимает не более 10 дней, предусмотренных визовым соглашением», — объясняет Ставик.

Она уточняет: «В особых случаях заявление на визу может быть подано без каких-либо задержек напрямую в посольство, а не через один 25 наших визовых центров в России».

Заявитель, у которого ранее была многократная двух- или трехлетняя виза, может при обоснованной необходимости в мультивизе получить ее на срок до пяти лет.

Новость для «Баренц Пресс»

По словам Анны Киреевой, возглавляющей российское отделение «Баренц Пресс», ей неизвестно о каких-либо проблемах с визой в Норвегию для российских журналистов.

«У меня никогда не было никаких проблем с визой. У нас никогда не было случаев отказа в визе», — говорит Киреева.

По ее оценкам, за последние несколько лет около 100 российских журналистов приняли участие в мероприятиях за рубежом по линии «Баренц Пресс».

С ней согласна мурманский корреспондент «Новой газеты» Татьяна Брицкая. «У меня никогда не было проблем с получением визы, и я не знаю никого, кто бы получил отказ».

Анна Киреева (справа) и Татьяна Брицкая Фото: Томас Нильсен

Примечание для читателя: у автора этой статьи есть действующая российская журналистская виза, но в марте 2017 года ФСБ запретила ему въезд в страну.

ADVERTISEMENT