Около 22.000 отработавших тепловыделяющих элементов хранится в трёх старых, ветхих бетонных ёмкостях у берега губы Западная Лица. Фото: Александр Емельяненко

Самое опасное наследие холодной войны в Арктике скоро должны вывезти

Рабочие уже заканчивают возведение инфраструктуры для частично повреждённых ядерных тепловыделяющих элементов в губе Андреева.
октября 26, 2016

Около 22.000 отработавших тепловыделяющих элементов с советских подводных лодок хранится в трёх обветшалых бетонных ёмкостях в нескольких сотнях метров от российского побережья Баренцева моря. Это количество эквивалентно примерно 100 активным зонам.

Больше нигде в мире такая масса высокорадиоактивного уранового топлива не хранится в таких плохих условиях.

Вывоз радиоактивных элементов считается самой рискованной операцией в сфере радиационной безопасности, что только проводились на севере России. 

Эта работа начинается сейчас.

Андрей Золотков. Мурманск. Фото: Томас Нильсен

«Работы с отработавшим ядерным топливом должны начаться в конце 2016 года», – говорит эксперт по радиационной безопасности Андрей Золотков из организации «Беллона». Прежде чем начать работать в экологической организации, в Мурманске Золотков накопил несколько десятков лет опыта работы с ОЯТ с гражданских атомных ледоколов.  

«Думаю, вывоз отработавшего ядерного топлива из губы Андреева не начнётся раньше весны 2017 года, поскольку сначала топливо нужно будет перенести в транспортные контейнеры», – уточняет он.

Рискованная операция

ADVERTISEMENT

Извлекать старые, кое-где частично повреждённые элементы уранового топлива из контейнеров в бетонных ёмкостях и переносить их в новые, транспортные контейнеры – крайне рискованная операция. По имеющимся сведениям, в губе Андреева уже имеется 14 транспортных контейнеров, дожидающихся начала операции.

Хранилище в губе Андреева на побережье губы Западная Лица в 55 км от границы с Норвегией было построено вскоре после появления на советском флоте первой атомной подводной лодки, в начале 1960-х.  В начале 80-х хранилище бассейнового типа, известное как здание №5, дало течь, и смертоносные тепловыделяющие элементы в экстренном порядке перенесли в  три блока сухого хранения. Считавшиеся временными, эти совершенно обветшавшие ёмкости прослужили уже больше 30 лет. 

Нильс Бёмер, организация «Беллона». Фото: Томас Нильсен

Нильс Бёмер, ядерный физик из организации «Беллона» (Осло), надеется на лучшее, но опасается худшего.

«В условиях нынешнего экономического кризиса нельзя быть уверенным, что этой работе в российском правительстве отдадут приоритет. Мы опасаемся, что в вопросах безопасности пойдут на компромиссы, чтобы сделать работу как можно более дёшево», – говорит он.

Из-за высокого уровня радиации подъём старых урановых элементов из ёмкостей и помещение их в транспортные контейнеры будет производиться оборудованием с дистанционным управлением.

Международные доноры должны наблюдать за работой

Все страны-доноры, помогавшие возводить инфраструктуру, должны присутствовать и наблюдать за мерами безопасности в процессе выемки, считает Нильс Бёмер.

Работы в губе Андреева финансируются через гранты структуры Экологического партнёрства Северного Измерения. Страны-партнёры (как, например, Норвегия), Европейская комиссия и другие доноры предоставили огромные средства.

В мире понимают безотлагательность обеспечения безопасности ядерной свалки.

Вопрос о безотлагательности важен, но не настолько, считает Андрей Золотков: «Главное в этих операциях – безопасность. И к работе нельзя приступать, если у вас нет уверенности, что она соответствует стандартам безопасности. Необходимо точно спланировать всё в деталях».

В соседней Норвегии довольны, что работы начинаются

В электронном письме Barents Observer’у глава норвежского ведомства радиационной защиты Уле Харбиц отметил, что предстоящая работа очень сложна.

Уле Харбиц. Фото: Томас Нильсен

«Мы очень рады видеть, что есть конкретные планы приступить к вывозу отработавшего ядерного топлива из губы Андреева. С норвежской стороны мы предоставили знания и ресурсы, которые должны способствовать тому, что работы будут проделаны в наиболее безопасном виде, – говорит Уле Харбиц. – Работа очень сложная, несколько международных игроков тесно взаимодействовали с российскими партнёрами. Диалог хороший». 

Уле Харбиц, тем не менее, подчёркивает, что ответственность за отходы и реализацию мер безопасности при предстоящих работах лежит на России.  

5 лет – если всё пойдёт как надо

По подсчётам Андрея Золоткова, на вывоз всех 22.000 тепловыделяющих элементов на мурманскую базу Атомфлота уйдёт как не менее 5 лет.

«Необходимо перевезти более 400 контейнеров – а это около 37 поездов – с отработавшим ядерным топливом», – отмечает он.

Выполнение планов могут затормозить непредвиденные трудности, подчёркивает Андрей Золотков. «Подготовка к началу этих работ заняла почти 15 лет», – говорит он.

В губе Андреева работы по возведению инфраструктуры – дорог, энергоснабжения, пирсов, крыши над емкостями, санитарных служб и т. п. Идут с конца 1990-х.

Атомфлот. Кольский залив. Фото: Томас Нильсен

Италия финансировала и построила специально спроектированное судно «Россита», которое будет курсировать между губой Западная Лица и Кольским заливом, где находится Атомфлот, предприятие по обслуживанию российского флота атомных ледоколов. Выгруженные на берег контейнеры в специальных вагонах будут отправляться на переработку на ПО «Маяк».

Поездом через пол-России

Андрей Золотков уверен, что безопасность при железнодорожной перевозке не пострадает. «Контейнеры весят по 40 тонн, они останутся герметичными даже если их уронить с определённой высоты или поместить в огонь», – говорит он, указывая на тот факт, что подобные перевозки ОЯТ через город Мурманск производятся уже много лет.

За несколько дней поезд дойдёт до Южного Урала, где находится ПО «Маяк». Фактически поезд с ядерным грузом проедет половину России.

Проблема решена или всё же нет?

То, что будет решена проблема губы Андреева, не значит, что проблема исчезнет.

Челябинское ПО «Маяк», куда будет отправляться ОЯТ, известно как одно из самых радиационно-загрязнённых мест на планете.

«Наследство по переработке отработавшего ядерного топлива на «Маяке» ложится тяжким бременем на несколько поколений. Это очень несправедливо в отношении местных жителей», – сказала в интервью Barents Observer’у  кандидат наук Наталья Миронова, в прошлом депутат Челябинского областного совета народных депутатов. Она выступает против переработки ядерных отходов с тех пор, как в поздний советский период сведения о радиационном загрязнении стали предаваться гласности. 

«Переработка несёт опасность. У нас есть опыт работы с жидкими радиоактивными отходами», – рассказывает она. На «Маяке» находился первый в Советском Союзе реактор для производства оружейного плутония. На предприятии произошёл ряд серьёзных аварий. Здесь имеются большие открытые свалки радиоактивных отходов.

Фото: Томас Нильсен

Смертоносное жидкое радиоактивное варево

Завод, на котором будет перерабатываться наследие холодной войны из губы Андреева, был построен в 1977 году. Мало что известно о сегодняшних показателях безопасности этого предприятия.

На заводе стержни отработавшего ядерного топлива будут растворяться, остающиеся в составе топлива уран и плутоний будут отделяться, а стронций, цезий и другие изотопы будут перерабатываться как высокорадиоактивные отходы в жидкой фазе.

Для окончательного размещения отходов, накапливающихся в результате работы завода по переработке на «Маяке», не построено хранилища.

Рискованная транспортировка

Наталья Миронова не поддерживает ни планов переработки, ни планов транспортировки ОЯТ с Кольского полуострова.

«Транспортировка – процесс рискованный. Лучшая стратегия это минимизация риска. Безопасное хранение с минимумом транспортировки и на удалении от «Маяка» было бы наилучшей стратегией», – говорит она, указывая, что другие страны предпочли более удачные варианты.

 «Альтернатива переработке хорошо известна – сухое хранение».

Новые подводные лодки создают новые проблемы с отходами

Тем временем, возрождающиеся военные амбиции России заставляют строить новые подводные лодки. После холодной войны ещё никогда не строилось столько атомных подводных лодок. Новые подводные лодки поставляют новое отработавшее топливо, которое нужно где-то хранить, перевозить и обращаться с ним с соблюдением мер безопасности.

«К сожалению, мы очень мало знаем, как будут обращаться с новым отработавшим ядерным топливом, – говорит Нильс Бёмер. – Это глубоко тревожит, и нам остаётся только надеяться, что Северный флот вынес уроки из ситуации с губой Андреева. Если нет, через одно-два десятилетия перед нами встанут те же проблемы».

Три ёмкости с ОЯТ в количестве, эквивалентном 100 реакторам подводных лодок. Фото: Александр Емельяненко

 

ADVERTISEMENT

Sections
Экология