Матс Форсберг в шоке от количества отходов, выбрасываемых на берега Шпицбергена. Фото: Петер Хаворт

«Из прекрасного уголка дикой природы Шпицберген превратился в мусорную свалку»

Матс Форсберг, участвующий в экспедициях на Шпицберген с 1982 года, поражен количеством пластиковых отходов на берегах архипелага.
июня 27, 2018

«Вот это все я собрал, прогулявшись 200 метров вдоль берега Соргфьорда на северном побережье острова Западный Шпицберген», ― рассказал Форсберг Barents Observer.

«Где бы я не сходил на берег, картина одинаковая, ― говорит он удрученно. ― Это иллюстрация того, как сегодня выглядит архипелаг».

Форсберг давний участник арктических экспедиций и проходил вдоль островов Шпицбергена десятки раз. Изменения поражают.

«Вначале Шпицберген был прекрасным уголком первозданной природы. Сегодня архипелаг стал мусорной свалкой», ― поясняет Форсберг.

По его словам, за последние 5-10 лет пластиковых отходов стало гораздо больше. «Они повсюду, где мы сходим на берег. От западного побережья острова Западный Шпицберген и затем вокруг архипелага до северного побережья острова Северо-Восточная Земля и самых северных островов – Карла XII и Белого».

Форсберг точно знает, кто виноват.

«Бо́льшая часть находимого нами пластика попадает сюда с рыболовецких судов, ведущих промысел в Баренцевом море и Северной Атлантике».

ADVERTISEMENT

Сегодня рыболовство разрешено в проливе Хинлопена, разделяющем острова Западный Шпицберген и Северо-Восточную Землю. Его длина составляет около 150 км, а ширина доходит до 60 км. Раньше промысел в проливе был затруднен из-за паковых льдов. Сейчас же, как и этим летом, весь лед ушел.

«Фактически это сенсация, что в проливе Хинлопена до сих пор разрешен траловый лов рыбы. Он находится внутри Северо-восточного заповедника», ― говорит Форсберг. Это крупнейшая охраняемая природная территория в Норвегии, занимающая 55 тыс. кв. км суши и моря.

Матс Форсберг с рыболовной сетью. По его словам, их можно найти по всему побережью Шпицбергена. Фото: Пол Томаско​

 

«Пролив Хинлопена — это удивительная и ценная морская акватория. Она имеет важное значение для белых медведей. Тут есть 5-6 лежбищ моржей, здесь много китов, в том числе синих, финвалов, малых полосатиков и белух», ― рассказывает Форсберг и добавляет, что в районе находятся важные колонии морских птиц.

«Основная часть биоразнообразия и форм жизни находится в море. Совершенно невозможно понять, почему власти Норвегии по-прежнему разрешают промысел рыбы в пределах 12-мильной зоны вокруг Шпицбергена. Вся она должна быть особо охраняемой морской акваторией, закрытой для промысла».

Матса не так беспокоит то, что весь этот пластиковый мусор может негативно сказаться на туризме и растущем числе экспедиционных судов.

«Об этом должна беспокоится сама рыбная отрасль. Пластиковые отходы и загрязнение наносят серьезный урон экосистеме Арктики», ― говорит он.

«Баренцево море разрушают две основных вещи: загрязнение пластиком и повышение температуры воды из-за изменения климата. Меня беспокоит, как в будущем будет выживать треска. И открытие новых акваторий для добычи нефти не улучшает ситуацию».

«Что останется через 50-75 лет, когда нефть закончится», ― задается вопросом Форсберг.

 

ADVERTISEMENT

Sections
Арктика